Кровавый январь. Узнаем ли мы всю правду? - Деловая Жизнь Казахстана
yanvarskie sobytiya Кровавый январь. Узнаем ли мы всю правду?
Владимир Радионов 09 марта, 2022 402 Журналистские расследования На прочтение: 7 минут

Кровавый январь. Узнаем ли мы всю правду?

Два месяца минуло с событий января 2022 года, которые разделили Казахстана на «до» и «после».

Теперь мы не можем говорить, что история казахстанских протестов – это, за редким исключением, история исключительно мирных протестов. Сожженные здания акиматов и офисов телеканалов, разгромленные и разграбленные торговые дома, стрельба на поражение и сотни погибших и раненых тоже часть нашей истории

Трудно сказать, можно ли по истечении двух месяцев расставить все точки над «i» и сделать точные выводы, как мирные протесты переросли в вооруженное противостояние. И самое интересное, что власть к этому не особенно стремится: версия про нападение на страну 20 тысяч террористов не находит своего подтверждения, а потому и иные утверждения о том, что все задержанные являются активными участниками беспорядков, тем более на фоне подтверждающихся фактов о пытках в стенах полицейских участков, не являются в глазах гражданского общества абсолютно бесспорными.

Наказания за реальные преступления, конечно, должны последовать. Но нам наиболее важным представляется, чтобы из январской трагедии были извлечены политические уроки. С чем мы столкнулись? Верит ли общество власти? Какие реформы нам необходимы? Своим мнением мы попросили поделиться экономиста Айдара Алибаева и политолога Андрея Чеботарева.

Кровавый январь. Узнаем ли мы всю правду?

По поводу январских событий было высказано немало точек зрения: мирный протест, превратившийся в погромы под влиянием вклинившихся криминальных элементов; 20 тысяч террористов и «внешний след»; межклановое противостояние и т. д. На ваш взгляд, что же это было?

Айдар Алибаев (А.А.) — Искусственное повышение цены на сжиженный газ, послужившее толчком для начала мирных протестов по всему Казахстана, было заранее продуманным действием. И в Алматы первые два дня я был на площади и общался с собравшимися. Действительно была мирная демонстрация простого народа. И основной его мотивацией, наверное, не только в Алматы, было «достали» — с точки зрения низкого уровня жизни, отсутствия света в конце туннеля.

Потом ситуация в политическом руководстве страны начала складываться определенным образом, и возникла угроза политического переворота, насильственного отстранения от власти действующего президента Токаева. И когда силовики вышли из-под его контроля, президент увидел, что опереться на них не может, он обратился за поддержкой в ОДКБ. И президент РФ Владимир Путин, как движущая сила ОДКБ, увидел в этом обращении политические перспективы – поддержав Токаева, он получал завидные преимущества в последующих взаимоотношениях.

Так что январские волнения мне видятся как попытка политического переворота, и я очень позитивно отношусь к тому, что она не удалась. Если бы переворот произошел, и к власти пришли бы старые силы, имеющие отношение к «главному пенсионеру», страну бы ждал регресс во всех смыслах. А сейчас при наличии всех сложностей в стране легче дышится.

Я понимаю, что вероятность улучшений в ближайшее время – невысока, потому что бюрократический аппарат на уровне министерств, акиматов, квазигоссектора в экономике остался прежним и вряд ли будет поддерживать реформистские настроения президента. И поэтому Токаеву нужна своя команда, которой у него к сожалению, нет. Он может расставить на ключевые посты людей из той среды, где он профессионально проработал всю жизнь – дипломатической, но эти люди плохо знают хозяйство.

Поэтому президенту нужно опираться на гражданский сектор, экспертов в разных сферах, не замаранных в коррупционных скандалах, другой альтернативы нет. Потому что мы знаем, что от людей, работавших в условиях выстроенной прежним президентом системы, нечего ждать, кроме пустых проектов и воровства выделяемых на них денег. И такие люди в стране есть – просто нужно преодолеть некоторые риски и начать людям доверять.

Андрей Чеботарев (А. Ч.) — Сами события можно разделить на две части. Первая – гражданские протесты социального характера, поводом для которых стало повышение цен на сжиженный газ его производителями с фактического согласия или невмешательства правительства. Именно поэтому протесты, начавшиеся в западных регионах, были поддержаны практически по всей стране, их география значительно отличается от протестных выступлений, что были раньше. Вторую часть я называю для себя — антиправительственными вооруженными выступлениями – я не знаю, кто были эти люди и как их обозначать, это некие боевики, которые целенаправленно пытались захватить стратегически значимые объекты — акиматы, аэропорты, телеканалы и т.д.

И у той, и у другой части событий есть свои причины и обуславливающие факторы, но в целом произошел перехват протестной повестки некими политическими силами, которые в рамках внутриэлитного противостояния попытались использовать протест в своих целях. Считается, что они контролировались бывшим руководством Комитета национальной безопасности. И фактически это привело к дезавуированию протестов.

Можно ли говорить, что если на первом этапе президент Токаев получил некий карт-бланш от народа (одобрение жестких мер, призывы сплотиться и помочь), то в течение последующего времени он в силу совершаемых действий (многочисленные аресты, пытки задержанных) заработанный авторитет растерял?

А.А.: Тут я с вами согласен. Аресты, действительно, на мой взгляд, в большинстве своем незаконные, обвинения, высосанные из пальца, плюс пытки в отношении задержанных — все это самым негативным образом сказывается на Токаеве. И надежды, что казахстанцы связывали с ним, начинают меркнуть на фоне этих действий.

Но я не удивлюсь, что задержания и пытки проводятся специально, чтобы бросить тень на президента – кадры-то в большинстве своем остались прежние. И здесь я бы отметил нерешительность главы государства в части устранения из управления страной одиозных фигур прежнего режима – насквозь коррумпированных, о которых знает весь Казахстан. Это тоже негативно сказывается на его имидже.

Но пытаясь не оправдать, а понять президента, надо сказать, что выдергивать коррупционеров, арестовывать, сажать – это дело непростое, а проблема, повторюсь, — отсутствие у Токаева сплоченной и грамотной команды. Плюс у него нет своего пусть небольшого, но эффективного силового блока, благодаря наличию которых проводили реформы премьер министр Сингапура Ли Куан Ю, президент Чили Аугусто Пиночет, автор «экономического чуда» ФРГ Людвиг Эрхард.

А.Ч.: Авторитет в чьих глазах? У нас есть активная часть гражданского общества, открыто выражающая протест. А есть абсолютно деполитизированные обыватели, их гораздо больше – и в их глазах Токаев действовал законно. Даже если взять алматинцев, переживших время безвластия, найдется мало людей, кто готов реально обвинять в чем-то непосредственно президента, в лучшем случае, обвинят полицейских. Там же, где протесты носили достаточно мирный характер, претензий к президенту и нет.

Ну а если рассмотреть те претензии, что имеются, то они выставляются к его распоряжению открывать огонь на поражение без предупреждения и к пыткам в отношении задержанных. Что касается последнего, для стравливания пара сняли с должности министра внутренних дел Ерлана Тургумбаева, президент пошел навстречу, и объем претензий поубавился. Также с одобрением была встречена отставка бездействовавшего в дни беспорядков акима Алматы Бакытжана Сагинтаева.

Многие считают, что это их заслуга, что президент снял вышеозначенных чиновников не по своей воле, а в силу поднявшейся общественной волны. И в принципе сейчас выступлений против президента, которые были сразу после январских волнений, уже нет. Дальнейшее доверие к Токаеву зависит от того, какой пакет реформ он огласит в мартовском послании.

Из произошедшего обычно извлекаются уроки на будущее. Какими могут быть уроки из январских событий, чтобы подобные волнения не повторялись?

А.А.: Самый главный урок, который надо извлечь: в недопустимости того, чтобы один человек находился у власти 30 лет. Максимальные два срока нахождения одного человека на посту президента, что прописаны у нас в Конституции – это надо соблюдать.

Второй урок заключается в построении государственной системы управления, при которой не будет наблюдаться концентрации власти в руках одного человека. Власть должна быть избираемой, а не назначаемой, и народ будет требовать изменений. Иначе повторение январских событий неизбежно, и волнения будут сильнее. Осознании этого и есть главный урок, от усвоения которого зависит позитивная перспектива завтрашнего дня.

А.Ч.: Уроков очень много, и Токаев в своих выступлениях уже обозначил проблемные сферы – социальную, госуправление по линии силового блока, и ему есть чем заняться. Понятно, что самое главное – это низкий уровень взаимодействия власти с обществом. Здесь очень важно работать с той частью граждан, которая была вовлечена в протесты, переросшие в вооруженные выступления и погромы. Почему? Потому что в основном это люди, приехавшие в города из сельской местности, которые не имеют постоянной работы, доходов.

Есть такое понятие, как «молодежь NEET», которая не учится и не работает. Некоторые считают, что это молодежь из обеспеченного класса. Но на самом деле это неустроенная и в какой-то части маргинализированная молодежь, которую мы видели в числе погромщиков, и с ними надо взаимодействовать.

Ну и потом диалог не должен ограничиваться социальной повесткой, назрела необходимость серьезной политической реформы. Январские события показали, что власть осталась один на один с массой протестующих, каких-то политических партий, движений неправительственных организаций, которые могли быть буфером между ними, не наблюдалось. Существующие структуры никак себя не проявили, нужны новые партии, и власть должна пойти навстречу инициативным группам, подающим сегодня документы на регистрацию политпартий.

Что говорит власть

По официальной версии, озвученной президентом Касым-Жомартом Токаевым, Казахстан в январе 2022 года столкнулся с вооруженным актом агрессии, хорошо подготовленным и координируемым преступниками и террористическими группами, обученными за рубежом.

«Несомненно, январские события стали большим уроком как для нашей страны, так и лично для меня. Можно сказать, что сделаны соответствующие выводы. Результатом этого стали политические решения, принимаемые сейчас в нашей стране», — добавил глава государства чуть позднее.

Под политическими решениями, наверное, надо понимать поправки в конституционные законы «О Первом Президенте РК – Елбасы», «Об Ассамблее народа Казахстана» и «О Совете безопасности РК, которые отменяют пожизненное председательство первого президента РК Нурсултана Назарбаева в Совете безопасности и Ассамблее народа Казахстана. Туда же можно отнести смещение с ряда постов родственников первого президента и его соратников из числа так называемой «старой гвардии».

Что касается уголовного преследования участников волнений, по данным генпрокуратуры РК, в производстве находятся 3666 дел, помимо актов терроризма и массовых беспорядках, расследуются факты грабежей, краж, хищения оружия, применения насилия в отношении сотрудников правоохранительных органов. В суд направлено 101 уголовное дело в отношении 162 обвиняемых, 62 человека уже осуждены к различным видам наказаний.

Также на минувшей неделе надзорный орган отчитался и о расследовании фактов пыток в отношении задержанных лиц: на недозволенные методы следствия и применение пыток в прокуратуру поступили 283 заявления, заведено 203 уголовных дела, задержано девять сотрудников.

По данным министерства индустрии и инфраструктурного развития РК, в результате январских погромов 1923-м объектам бизнеса нанесен урон на общую сумму 82,2 млрд тенге. тенге. В Национальной палате предпринимателей «Атамекен» сегодня имеется 1527 заявок предпринимателей о понесенном ущербе, из которых рассмотрено 545 на сумму 996 млн тенге.


Читайте также